Уркистанский вестник №4

Сегодня в номере:


Бездна ужаса на канале гкй

Весна и авитаминоз обрушились на Уркинстан внезапно и одновременно. В порыве отчаяния от безыдейности, безденежности и бесчестия Гораф и Евг подают заявки на конкурс Куспко. Покажут ли они там, на что способны - или все-таки напишут по игре?

Контрольные выстрелы гремят все чаще. На волне авитоминоза один за другим пытаются выйти в свет новые и новые интерпретаторы урки. Некто abcdef написал интерпретатор, в котором есть проверка синтаксиса. Да такая продвинутая, что на нем невозможно пройти даже первого Хомяка. Некто Виктор, вздыхая от ностальгии, качает новые версии аурки с форума, пишет туда объемные сообщения, а затем даже не отправив, стирает их. Что это? Какие отношения связывают этих людей? Пройдет ли автор аурки когда нибудь Хомяка? Тем временем, некто Demon начал писать свою Durq'у Online на ASP. Судить о ходе работ трудно, однако из достоверных источников известно, что вначале он весело шутил и някал на канале, затем грустно и смачно ругался, а теперь и вовсе пропал и не заходит. Также ходят упорные слухи, что Фаертон работает над новым интерфейсом фурки...

Настали тяжелые времена для Уркистана. Наши мужественные авторы уже не могут писать без конкурсов. Одна надежда на женственных авторов и виртуалов, но... В то время как молодые девочки с куспели пишут чудесные игры про феечек, наши девочки берегут силы и кушают витаминки. Да и витаминки ли это? Неизвестный человек (Чикаго) оставил этот вопрос без комментариев.

КРИЛ снова с нами Первые ростки конкурса русской интерактивной литературы уже пробиваются со всех сторон. Но если в прошлый раз начали с самого важного - логотипа, то теперь все почему-то обсуждают какие-то правила. Куда катится мир!

Неожиданный поворот на конкурсе ХОККУ. Мы все об этом давно мечтали, многие даже перестали надеяться. Но он наконец-то закончился! На этой радостной ноте мы прерываем наш выпуск микро-новостей и идем праздновать в "Патио".

PS: Как в самом конкурсе, так и в угадайке тем, два участника в ходе таинственных фальсификаций случайных совпадений набрали одинаковое количество очков. Причем в одном идентичном случае решение о выборе единственного победителя было принято единолично, а во втором идентичном случае жюри удалилось на совещание. Что они там будут обсуждать и с кем? Почему банковские переводы в Беларусь идут так медленно?


АНДРЕЙ СМИРНОВ: «Люблю нагло раздевать».

Решив взять интервью у Андрея Смирнова, наш корреспондент взял интервью у Андрея Смирнова.

И. (Интервьюер): Этен, кто вы? И что вы делаете в моей жизни?

Э. (Этен): Человек с расширенным восприятием.

И.: Но зачем?

Э.: По жизни, а что может делать по жизни программист, только фанатично торчать за компом и писать проги.

И.: У программистов есть масса интересных занятий. Какое из них - ваше самое любимое?

Э.: Зачем? Я человек знания и получения знания доставляет мне не меньше удовольствия, чем получка.

И.: Каким образом вы привыкли получать эти самые знания? И, повторюсь, что вы делаете в моей жизни?

Э.: Ковырять ядра программ и интерпритаторы, особенно люблю нагло раздевать программу через ее эксплуатацию (подумав, добавляет) по жизни, учусь. Да я уставший сёдня. Стоп... в вашей?! Ничего!

И.: В курсе ли вы, что, по мнению Горафа, данный чат - сборище неудачников? Как вы относитесь теперь к Горафу?

Э.: Каким получать знания? В процессе больше никак не получается. Гораф немного криклив, но его иногда стоит послушать. Неудачников, не знаю, люди всегда имеют свои недостатки, и я об этом знаю, так что принимаю как есть. Главное - не то, какие вы сейчас, а какими становитесь.

И.: Почему, как вы думаете, все так любят Евгения, несмотря на то что он такой дурак?

Э.: если человек не развивается, без разницы в чем, то он постепенно чахнет

И.: В принципе, да. Тут вы правы.

Э.: не знаю, я дома с друзьями перлы откалываю и хлеще

И.: Большое спасибо вам за столь интересное и содержательное интервью. Я узнал много нового и тринитротолуол.

Э.: пожайлуста, обо мне еще больше узнают при личном общении и уходят только вечно с одной фразой "Странный человек!".

Евгений: Лук и tomat


Кое-что о Хокке

Федот Михайлов, Билл Честер Коллин Ву Эвгениус, Павел Юренко

Сценарий для утренника на тему: "ХОККУ-2009: открытие века или позор русской цивилизации?"

Допущен к постановке в средних и старших учебно-исправительных учреждениях Министерством образования Уркистана

Действующие лица:

Гор - высокий и обаятельный мужчина лет двадцати девяти. Поговаривают, Гор даже снимался в эротических шоу.

Евг - невысокий молодой человек в очках. Многие считают, что это он во всем виноват. Он ведь даже не работает.

Хлом - бедный бледнолицый студент, в сумке у которого всегда лежит по меньшей мере один словарь. Поет мимо нот, зато хентайно.

Демон - на самом деле до разочарования антропоморфен. Кавайно някает.

Феечка с зонтиком - мило улыбаясь, показывает таблички и залезает обратно в шкаф.

Действие первое, последнее и единственное
Комната в особняке в Исландии. В камине потрескивают поленья, рядом стоит кресло-качалка. Ближе к зрителям расположен посеревший от времени, с царапинами викторианский стол, по обе стороны которого стоят скамейки. У окна стоит диван и старый телевизор. У двери в противоположном конце комнаты - шкаф с посудой и феечкой.

Сцена 1

Гор отдыхает в кресле у камина. Евг и Хлом сидят за столом, Хлом что-то жует.

Из шкафа выбегает феечка с табличкой: "Но, исполненный дерзости и все пренебрегший, он уже делал шаг вперед (Третья книга Маккавейская, 1:22)"- и, подержав ее несколько секунд, с радостным визгом уносится обратно.

Хлом (жуя): Госпоба, а ффе ве свавный конкувс… (прожевав) Славный, говорю, конкурс мы организовали!

Евг и Гор не обращают внимания на эту реплику.

Хлом: Нет, а все-таки! Как вам, например, произведение Витаны? Мне кажется, ее первое место - совершенно справедливый результат.

Гор: Да что вообще может быть справедливым на этом конкурсе? Там же все сфальсифицировано.

Евг: Ты, Хлом, говоришь так потому, что у него женский псевдоним. Это сексизм какой-то.

Хлом: Ну неужели, неужели вас не впечатлила интерактивность игрового мира? Я лично не видел более интерактивных и отлаженных текстовых игр на русском языке вообще, несмотря на то, что в "Втором неверном шаге", по сути, только одна локация.

Евг: Я люблю, чтобы в игре было все просто. Вот тебе Блуд, а вот тебе Герда. И жми на все кнопки подряд. А отлажена… да, она так классно отлажена, что даже страшно смотреть в код.

Гор: Она зашифрована, поэтому лично я в код не смотрел, и пройти смог только благодаря помощи из Беларуси.

Евг: Когда кому мешало, что игра зашифрована? В конце концов, всегда можно позвонить в Москву Вику.

Хлом: Там половину кода, кстати, занимают комментарии. Так что игра не так монументальна, как кажется по размеру шифра. Но надо отдать автору должное: проработка мелких деталей у него на высочайшем уровне.

Евг: Детали деталями, а проходить-то ее как?

Гор: Надо перейти на другую сторону рва.

Хлом: Как легко, однако. Даже странно, что мы проходили игру три с лишним часа и в конце концов не выдержали и расшифровали код!

Евг: Да, обалдеть как просто.

Гор: Эй, у нас тут утренник или инсценированный солюшн?

Хлом: Ты прав. Долой спойлеры на детских утренниках. Давайте лучше поговорим о сюжете.

Гор: А что говорить? Сюжет отвратительный. Главный герой - деклассированный элемент, анархист и, возможно, даже соавтор.

Хлом: Да деклассированный-то ладно. Просто, по-моему, слишком много здесь от Корвина.

Гор (не обращая внимания, продолжает): Он пытается ограбить одного из лучших людей, видного члена общества.

Хлом: Ну, он не знает об этом.

Гор: Прекрасно знает. И я лично был на стороне Юрасоффа-Павловски.

Хлом: Но ведь он же не знает, что…

Феечка (из шкафа, весело): Спойлееер!

Хлом: Хм, да. Кхм. О чем это я. Ах, вот: концовка мне понравилась больше, чем начало.

Гор: У меня она вызвала смешанные чувства. Конечно, я рад за Юрасоффа-Павловски - но ведь в итоге был ограблен другой его виртуал!

Евг (внезапно словно придя в себя): И где там вообще туземные девушки? Вот я в своей игре честно вставил туземок.

Хлом (задумчиво чешет голову): Может, в особняке?

Евг: Что, там есть девушки в особняке? Скорее в фантазиях гг.

Гор: Нет там девушек в особняке. Они в фантазиях гг, да.

Евг: Хотя гг все больше фантазирует о некоем П.

Хлом: В таком случае у гг туго с фантазией…

Евг: Ну, на оскорбления П. у него фантазии более чем хватало.

Хлом: Что-то не о том он думал… Кстати, очень слабо раскрыта тема однополой любви. Вообще, темы в игре раскрыты недостаточно, не находите?

Евг: Ага, то есть, это мы уже выяснили, какие там вообще были темы. А то ты все спрашивал… Хлом краснеет.

Гор: Почему недостаточно раскрыты? У гг явно сильные чувства по отношению к Юрасоффу-Павловски. Одно имя его сколько раз упоминается!..

Хлом: То есть, Гор, ты считаешь, что это любовь?..

Гор: Ну, от ненависти до любви, как известно…

Евг: …Один второй неверный шаг. Уверен, автор каждый раз нежно вбивал имя Юрасоффа-Павловски вручную.

Хлом: Это гг помешан на Павловски, а не автор.

Евг: То есть автор не имеет к игре никакого отношения, ты считаешь?

Гор: Я лично про гг и говорю, а насколько это является отражением чувств автора - другой вопрос. Поскольку мы не знаем ни настоящего имени автора, ни того, кто послужил прототипом Юрасоффа-Павловски.

Евг и Хлом ухмыляются.

Хлом: А что насчет Германии? Насколько, по-вашему, отражена эта тема?

Евг: Она отражена одним названием города, кажется. При этом там растет бамбук, плавают мои любимые крокодилы… одним словом, чисто германский пейзаж и фауна.

Гор: Служба, которая приходит после того, как выливаешь бензин на траву. Название улицы. Германские только названия и имена - которые, впрочем, можно было бы поменять без ущерба для игры на французские или еврейские.

Хлом: Вот именно. Тема практически не раскрыта. И это победителем-то конкурса!

Евг: Зато там есть японская бензопила.

Хлом: Которая как раз очень многое привнесла в игру, я считаю. Но откровенно говоря, я был несколько разочарован прозой Витаны. Я понимаю, безусловно, что это пародия - но, господа, я нашел текст довольно трудным для восприятия.

Евг: Да, слишком мощная пародия. Много инсайдерских шуток, которые поймет только прототип антагониста.

Хлом: Ты имеешь ввиду: "прототип антагониста протагониста"?

Евг: Я слишком аберрирован для таких слов. В общем, прототип этот и его друзья.

Гор: То есть мы. И вообще, лично я бы лучше сказал "антигерой".

Хлом: Как бы то ни было, проза в игре некоего Бигибуля, откровенно говоря, читалась лучше. Да и в том же "Умоисступлении".

Евг: Бибигуль? Это тот, который написал не про отвратительный адюльтер, а про дружбу между расами?

Гор: Лучше тут, чем у Бигибуля. Мне вообще понравился текст. Легко читается. Мне не понравился инвентарь… все эти скроллы, брр.

Евг: Согласен. Это слишком тяжело для моей хрупкой психики: по четыре экрана предметов, которые всякий раз тебя убивают.

Гор: Угу-угу. Которые знаешь наизусть уже через пятнадцать минут.

Евг: Это ты знаешь. Я вот уже через пять минут сидел и ржал над тем, как вы проходите.

Хлом: Да, в досурке было, гм, не очень удобно. Но потом я открыл "Второй неверный шаг" в Акурке, и проблема была решена.

Гор: У меня акурка не запускается.

Евг: А я в контрах с автором.

Гор: Короче, надо было писать под другую платформу.

Хлом: Ладно-ладно. Наверно, я не правильно оформил свою мысль. Проза в принципе неплоха. Она становится таковой к середине игры. Но вам не показалось, что вступление уныло и затянуто?

Евг: Да, вступление я смог прочесть не сразу.

Гор: Да, вступление немного затянуто.

Евг: Я предпринял несколько попыток. В разной степени успешных.

Гор: Ну, автор расписывался.

Хлом: А мне кажется, это пародия на Корвина.

Евг: Да уж сам Корвин не мог бы написать лучше пародии.

Хлом: Собственно, мы с Евгом и подумали поначалу, что это Корвин.

Гор (тоном провокатора): А сейчас мы подозреваем, что это не Корвин, да?

Хлом (быстро): Кхм. К слову, как вам паззл?

Гор: Какой паззл?

Хлом: Он там один.

Евг: Единственный паззл, который я решил - это что если в имени Вiтана Нирко переставить буквы, получится Корвин таiна.

Хлом: А мне нравилось просто экспериментировать с предметами инвентаря.

Евг: О, ты мог бы стать отличной домохозяйкой.

Хлом: Домохозяйки не пилят бамбуки и вязы, не стреляют из арбалетов, не швыряют чемоданы с деньгами через рвы с крокодилами. В плане интерактивности "Шаг" превосходит все известные мне русскоязычные игры, в том числе парсерные.

Гор: Что да, то да. Это у нас самая интерактивная игра пока. Я говорил уже как-то, такие игры пишут раз в десять лет.

Хлом: Таким образом, общее впечатление от игры положительно?

Евг: Мое первое впечатление: это очень мощная игра. Мое второе и общее впечатление: я больше никогда ее не запущу.

Хлом: Как вы думаете, многим под силу ее пройти?

Гор: Мм, нууу, если поменять инвентарь… Хм… Мне не под силу.

Евг: Мне тоже. Все предметы работают не так, как я от них ожидал.

Хлом: Это мне и нравится.

Гор: Нет, ну если переписать завязку, переделать инвентарь и поменять местами гг и чч, все будет вообще идеально.

Хлом: Эх, боюсь, что большинство игроков не смогут оценить "Второй шаг" по достоинству.

Евг: К счастью, Хлом, наше большинство такое маленькое… что меньшинство большинства уже все оценило.

Хлом: Мне кажется, игре не хватает если не солюшна, то какого-то гайда, что ли.

Гор (подсказывает): Подсказок в процессе.

Хлом: Да, подсказок.

Евг: А может, автор хотел нарушить много-много правил из "Билля о правах игрока"? У него вообще, как мне кажется, навязчивая идея насчет всяких правил.

Хлом: С чего бы это? И вообще, кто такой этот Юрасофф-Павловски?

Гор: Возможно, какой-то знакомый автора? Хлом поднимается из-за стола.

Хлом: Так, ладно, я пошел. Дела, знаете ли.

Евг: Какие дела у Хлома в метель и полпервого ночи? И вообще, как же другие игры? Вы не хотите поговорить о них?

Хлом (без особого энтузиазма): Ааа, черт, точно. (Садится обратно)

Сцена 2

Из шкафа доносится шум. Что-то гремит, звенит, шуршит; слышно, как ругается феечка. Потом феечка вылезает из шкафа и принимается копаться в нем в поиске подходящей таблички, выбрасывая ненужные вещи. Над головами у присутствующих в комнате свистят кастрюли, банки шпротов, диски, фотоальбомы… Хлом залезает под стол, Евг несколько пригибается. Гор не обращает на происходящее никакого внимания. Когда все утихает и феечка, так ничего и не найдя, со вздохом возвращается в шкаф, Хлом выползает из-под стола и на коленях ползает по комнате, собирая разбросанные вещи и бормоча что-то про подарки.

Гор: С кого начнем продолжать наше обсуждение?

Хлом (по прежнему ползая по комнате): Предлагаю обсудить "Поиске", приз автору которого я… (хватает что-то с пола и прячет в карман) я как раз нашел. Итак, "Поиске" - первая игра, пришедшая на конкурс.

Гор: Плохо помню эту игру.

Евг: Ну, я тоже плохо помню, но вкратце "Поиске" - это Геннадий Йцукенг, который пьет кофе.

Гор: Ага, точно. С женой. В этой игре мне понравилась фраза про жену в конце.

Евг: Какая фраза?

Гор: Не помню. Но она мне очень понравилась. Больше в игре мне ничего не понравилось, но эта фраза… в ней чувствуется такая грусь…

Хлом (поднимаясь на ноги): Невыразимейшая грусь…

Гор: …Неумолимость бытия. Тоска. Я почти плакал.

Евг (ухмыляясь): Ну и в-трейтих, даже печаль.

Хлом (снова садясь за стол): Да, в "Поиске", по большому счету, хороша только концовка.

Гор: Про что я и говорю. А в концовке там жена.

Хлом (закатив глаза, с выражением): "Жена Геннадия сидела неподалеку и смотрела, смотрела чисто и ясно на лазуревую синь небесного светила, широко растворяющуюся в бриллиантовой дали всего сущего. Ей тоже было все равно, что о ней подумают. Была зима, три часа дня..."

Гор: Да-да, именно эта фраза!

Евг: Автор прочитал бы лучше, конечно.

Хлом: Со второго прочтения "Поиске" воспринимается несколько лучше, но этот убийственный минимализм текста… Знаете, в практике мирового стихосложения зафиксирован не один случай…

Евг: О нет. Его понесло.

Хлом (не обращая внимания на комментарий Евга): …Когда авторы пытались создать поэтическое произведение, состоящее лишь из односложных слов.

Гор: Односложных?

Хлом: Да, в порядке эксперимента. "А крот под куст прыг"- или там: "Я шел. Дождь. Ох! Блин". В Англии даже когда-то была издана адаптированная книга для детей про Робинзона Крузо, где не было ни одного слова длиннее двух слогов. Но английские слова в целом короче русских.

Гор: Фройд под куст прыг…

Евг: Фройд. Встал и рад.

Хлом: По-русски, одним словом, довольно убого получается. Так вот, "Поиске" мне очень напоминает такие стихи.

Евг: Таким образом, мы сошлись на том, что это произведение искусства, несомненно, незаслуженно поставленное на такое место организатором конкурса?

Хлом: Почетное третье, между прочим. Отличное место. Кстати, в "Поиске" очень хорошо раскрыта одна из тем…

Евг: Да там все темы отлично раскрыты!

Гор: "Фрейд во сне Фройд,// Фройд во сне негр,// Негр во сне снег,// Снег во сне Фрейд".

Хлом: Ээ, чего?

Гор: Ну, я решил попробовать написать что-то односложное. С рифмой, правда, туго.

Евг: "Спал во сне Фройд. Сон был про блуд".

Хлом: Что-то мы увлеклись. Предлагаю потом устроить поэтический вечер, а сейчас вернуться к обсуждению игры. Которой - я сейчас говорю про "Поиске" - явно не хватает интерактивности.

Евг: А зачем она там?

Гор: И что вообще такое интерактивность?

Хлом: Я имею ввиду, что куда не жми… Ну, если в "Шаге" у игрока столько возможностей взаимодействовать с игровым миром на одной локации…

Гор: Там всего одна локация.

Хлом: Ну да, собственно.

Евг: Отдельные эстеты, вероятно, и в "Поиске" могут зависнуть на одной локации, фотографироваться у экрана с гениальными строчками… Молиться автору.

Гор (многозначительно): В "Поиске" у нас не взаимодействие путем шага, а поиски - путем кофе.

Хлом: Просто там мало от игры, как мне кажется.

Гор: Так у нас тут игры или интерактивная литература?

Хлом: А в понятие "интерактивная литература" слово "интерактивная" не входит?.. В общем, ладно - сформулируйте напоследок ваше впечатление от игры двумя словами.

Евг: Могло быть и лучше, конечно. Зомб способен на многое.

Хлом: Мое: странновато, но неплохо.

Гор: Мое: хм, жена.

Евгений жмурится от смеха.

Сцена 3

Феечка выбегает из шкафа с табличкой: "Ибо он привел меня в такое исступление ума, в котором цель моего стремления исчезла, и молитва моя обратилась в поношение (Третья книга Ездры, 10:28)".

Хлом: Гор, ожидал ли ты, что Евгений когда-нибудь напишет игру?

Евг смущенно жмурится.

Гор: Конечно. Он же написал "Белого бычка".

Хлом: И как скоро, ты думал, это произойдет?

Гор: Лет через пять-шесть, я думал.

Евг: Я тоже не ожидал. Это было так спонтанно.

Гор: А, еще он написал "Гоббита" и этого… еще кого-то.

Хлом: То есть ты отрицаешь всякую причастность к созданию "ЗИФа"?

Евг (торопливо): Не верь тому, что он сейчас скажет!

Гор: Отрицаю.

Евг: Гор придумал концепцию.

Гор: А ты ее переврал и исказил!

Евг: Просто я так вижу.

Открывается дверь и в проеме просовывается могучая голова Демона.

Демон: Эй, ребята, а как расшифровывается Акурка? Акела урка?

Гор (не без сарказма): Да, Демон, Акела урка. А Фурка это… там-парам-парам… Файертон урка!

Евг: Демон, а что вы думаете об умоисступлении? Я нашел это слово у Гофмана, и оно показалось мне подходящим под мое тогдашнее состояние.

Демон: Думаю, это состояние ума, в котором его способности минимализированны. (Голова исчезает и дверь закрывается. Слышатся торопливые удаляющиеся шаги.)

Гор: Ты читал Гофмана?

Евг: Ну да.

Хлом: Ого, я поражен.

Гор: Вот скотина такая! Украл, где я хотел украсть!

Евг: Мне же нужно было писать про Германию. Я знаю все твои злачные места, соавтор.

Гор: Если бы я хоть на секунду предполагал, что ты можешь написать игру, я бы ни за что не сказал тебе, что читаю Гофмана, чтобы написать про Германию!

Евг: Я и раньше читал Гофмана, Гор. Я все же не такой латыш, как ты думаешь.

Хлом: Гор, а ты играл вообще в "Умоисступление"?

Гор: Ну как, я четыре раза запускал игру - и каждый раз сразу нажимал туда, где говорится: "Привет, Гор". Первое впечатление: "Откуда он знал, что я нажму на эту ссылку?" Что касается самой игры… Затянуто. Мутно. Неинтерактивно и не дописано.

Евг: Хм, а мне ты говорил другое.

Гор: Да?

Евг: Когда ты в первый раз увидел игру, ты сказал, что это "очень даже занимательно".

Гор: Может, я просто хотел тебя поддержать. Не мог же я сразу сказать: "Ты написал полный бред".

Евг: Спасибо за поддержку, Гор.

Хлом: Каково было писать игру, Евгений?

Евг: Трудно и необычно. Вернее, как: сюжет-то я давно уже придумал, а вот написать… Обычно-то я придумаю идею, подкину ее Гору, он поиздевается - и вуаля, выходит новый Блуд! А тут сколько ни накидываю идеи, текст не идет. Это было необычно.

Гор (ухмыляясь): Я не написал текст за тебя, да? Это было необычно?

Евг (Хлому): Видишь, ловит все на лету.

Хлом (продолжая светскую беседу): Но получилось, по моему мнению, весьма неплохо. Во всяком случае, текст мне понравился.

Евг (смущенно): Я ведь старался, когда его писал. Хотя, когда Гор указывает мне на затянутые места, я вижу, что он прав. И игровых элементов там почти нет, потому что я не смог их придумать.

Хлом: Паззлов нет, действительно. А с другой стороны, если рассматривать "Умоисступление" как книгу-игру, то они и не нужны. Нужны развилки сюжета - и они есть, но вот только не сходятся обратно.

Евг: Это пока не сходятся. Я как раз подводил их все к точке схождения, когда закончилось время, и я выиграл дуэль. Кстати, мне очень помог своими советами некто Хлом.

Гор поднимается с кресла, подходит к телевизору, включает его и садится на диван. На экране показывают пустое поле для игры в регби.

Хлом: Наверно, этот Хлом большой молодец. В конечном итоге получилось довольно смешно.

Гор: Правда?

Хлом: А ты ни разу не улыбнулся, проходя "Умоисступление"?

Гор: А где там надо было улыбаться?.. Там все шутки либо жестоки по отношению к инвалидам по зрению, либо украдены у меня, который украл фразу: "Откуда мне знать, если я ни черта не вижу"- у Джона Леннона, либо просто несмешные.

Хлом: Ладно, проехали. Зато Евг наверняка смеялся, когда его писал.

Евг: Нет, я плакал, это вообще глубоко трагичная немецкая история. Мне очень понравилось писать про Германию.

Хлом: Кстати, насколько, по-вашему, тема Германии в игре раскрыта?

Гор: Да вообще не раскрыта. Что изменится, если поменять название города и имена? Тот же случай, что и у Уу -- у Витаны.

Хлом: Не соглашусь. У Витаны бамбук. В "Умоисступлении" описаны эти мощеные немецкие улочки, отлично передано это всеобщее помешательство на музыке. По-моему, получилось достаточно атмосферно.

Гор: Да ну?

Евг: Там чисто немецкий город показан, на самом деле. Просто темно и плохо видно. Я его с Риги списывал…

Гор: Оно и видно, что с Риги.

Евг: …Которая, между прочим, изначально была немецкой крепостью.

Хлом: Одним словом, что касается Германии, никаких нареканий у меня нет. А вот тема про монстров - самим же Евгом придуманная - не раскрыта совершенно.

Евг: Монстры, на самом деле, там совсем рядом. Как, кстати, думаете, что случится дальше?

Хлом: Дай бог, чтобы гг когда-нибудь со стула встал.

Евг: Мне кажется, что ты как-то невысоко оцениваешь мою работоспособность.

Хлом: Зато я высоко ценю твой навык выдирать откуда попало цитаты. В "Умоисступлении" даже дословно вставлены наши горячие приваты, не говоря об отрывках из мюзиклов и кинофильмов! Тема цитат раскрыта на отлично, мне кажется.

Евг: Я очень старался. И я честно перечислил многие источники в списке "Цитаты". И даже указал вас в благодарностях, ребята.

Гор перестает обращать внимание на происходящее в комнате, уставившись в телевизор: на поле выходят игроки.

Хлом: Пора заканчивать. Евгений, когда этот ужас будет закончен, и что вы скажете в свое оправдание?

Евг: А что? Уже все? Мы ведь даже не подрались! Проклятье!

Евгений гордо встает из-за стола и уходит из комнаты.

Хлом достает откуда-то книгу и принимается за чтение.

Из шкафа доносится мерное храпение феечки.

Занавес.

(Восхищенные аплодисменты)


ПЯТЬ ФАКТОВ ИЗ ЖИЗНИ Корвина

1) Корвина зовут Женя. Дженни зовут по-другому.

2) Корвин предоставил общественности одну свою фотографию. Дженни - 4.

3) По собственному признанию в форуме URQ, Корвин - это и есть Дженни ("я белая и пушистая...")

4) Персонаж Корвина бесцветен и не имеет ярко выраженной индивидуальности. Персонаж Дженни - имеет. Наивная, глуповатая девушка с большим количеством женских заскоков.

5) Признаваясь в большом количестве виртуалов, этот человек ни разу не признался, какой из них - настоящий.


Книга жалоб и оскорблений

Преданы анафеме с тобою мы давно,

Наше имя в черный список занесено...

Невозможно передать тот гнет, который испытывают сотрудники Вестника. Невозможно пересказать те страдания и унижения, которые сотрудники Вестника переносят ради святого дела. С недавних пор также стало невозможно описать в письме те жалобы и оскорбления, которые наши читатели желают нам высказать. Поэтому наши читатели перешли на новый, гораздо более пугающий уровень.

Теперь мы слышим их голоса! Грозно и гулко звучат они из наушников на нашей голове!

Они обращаются к нам не стесняясь в выражениях. Они с нами и утром и вечером!

PS: Кстати, игра для тех, кто любит комментировать выпуски - отгадайте какие из "столпов" уркистана прислали данные угрозы :) Кому, понятно и так :)

blog comments powered by Disqus